Предлагаемые рассуждения не претендуют ни на научность, ни на объективность. Это мысли вслух о наболевшем, которые автор решился озвучить, исходя из серьезности момента. Сознательно пришлось “оставить в стороне” конкретные “личности” и организации, события, уже ставшие историей Рериховского Движения и известные всем. Отсюда определенная отвлеченность изложения, отсутствие занимательных ссылок; тем не менее, автор надеется, что его статья найдет своего читателя.
Былаеще ночь, когда все поднялись и занялисьупаковкой постельных принадлежностей. 4марта 1928 г. запомнится всем членамэкспедиции как окончание плена нанегостеприимных нагорьях Тибета. Рассветмягко окрашивал небо, а снежные вершиныгорной цепи Шанг-шунг, находящейся позадинас, были окутаны темно-синей дымкой. Мырешили покинуть Нагчу после отправкитяжелогруженого транспорта.
Мывыехали около шести утра, поднялись наневысокую гряду в западном направлении ивышли на широкую равнину, окруженнуюнизкими скалистыми хребтами. Мы входили врайон Великих Озер – огромный водныйбассейн, состоящий из ряда очень соленыхозер, расположенных одно за другим севернееТрансгималаев.
13апреля 1927 года вся экспедиция поднялась ещедо рассвета. Первый этап маршрута пролегалпо долине реки Толы и, по словам проводников,был сравнительно легок для груженыхавтомобилей.
16апреля мы ехали по хорошей каменистойдороге часа два, прежде чем увидели дуган,или собор Нга-Ванг Церен кюрен, напротивоположном берегу реки.
Наследующий день мы снова бросили вызовнагорной пустыне, незаметно повышающейся кюго-западу, где пролегла горная странаХангай. На двенадцатой миле мы проехалимимо огромной каменной человеческой фигуры– одной из тех, которые изобилуют настепных просторах Северной Монголии иДжунгарии к северу от гор Тянь-Шаня. Этифигуры, вероятно, представляли собойнадгробные памятники вождям, которые, какправило, изображены держащими в руке чашу сгорящим огнем – символ, возможно, связанныйс древним культом огня у монголов.
19августа 1927 . Этим утром я поднялся задолго дорассвета. Лагерь быстро пробуждался к жизни,и повсюду замелькали люди, занятыескладыванием палаток и груза. Рассветосветил горизонт, и длинная вереницаверблюдов начала движение к горам на югедолины. Мы вошли в песчаное ущелье, ведущеек перевалу Улан-дабан, и разбили лагерь наплощадке, покрытой зеленой травой.
23августа мы переправились через реку ипрошли через ряд песчаных холмов, покрытыхскудным кустарником.
30августа мы покинули Ичи. Переправившисьчерез реку, мы пошли по обширной каменистойравнине, спускающейся к озеру Икхе-Цайдам,которое виднелось вдалеке.
Утро30 апреля приветствовало нас сильным ировным северо-восточным ветром. Тучизакрывали пики гор Цаган Обо, и влажный снегхлестал по нашим лицам. Верблюды прибыли кдесяти часам – прекрасные стойкие животныев отличном состоянии. В одиннадцатьтридцать караван экспедиции отправилсятремя длинными колоннами в длительноепутешествие через Гоби.
Резиденциягубернатора состояла из несколькихизолированных построек и отгороженныхдворов. 
16апреля мы ехали по хорошей каменистойдороге часа два, прежде чем увидели дуган,или собор Нга-Ванг Церен кюрен, напротивоположном берегу реки. 
19августа 1927 . Этим утром я поднялся задолго дорассвета. Лагерь быстро пробуждался к жизни,и повсюду замелькали люди, занятыескладыванием палаток и груза. Рассветосветил горизонт, и длинная вереницаверблюдов начала движение к горам на югедолины. Мы вошли в песчаное ущелье, ведущеек перевалу Улан-дабан, и разбили лагерь наплощадке, покрытой зеленой травой. 
Утро30 апреля приветствовало нас сильным ировным северо-восточным ветром. Тучизакрывали пики гор Цаган Обо, и влажный снегхлестал по нашим лицам. Верблюды прибыли кдесяти часам – прекрасные стойкие животныев отличном состоянии. В одиннадцатьтридцать караван экспедиции отправилсятремя длинными колоннами в длительноепутешествие через Гоби.